Колояр. Принцип равновесия

Валерий Гуминский представляет роман "Колояр. Принцип равновесия" о человеке без имени, которого в лечебнице называют Призраком. Три года назад его вытащили из пожара с девяносто процентами ожогов по всему телу, и целители чудом спасли ему жизнь, но он так и не пришёл в сознание. Теперь в палате лежит существо с бледной, почти прозрачной кожей, сквозь которую видны кровеносные сосуды, с отсутствующим взглядом, скрытым под полузакрытыми веками, напоминающее скорее привидение, чем живого человека.

В беспокойном сне Призрака всплывают обрывки воспоминаний о трёхэтажном дворянском особняке, о крике в огне и дыме, об истреблении людей. Он помнит приказ господина спасти чёрную папку государственных документов из архива, пока усадьбу охватывает пламя. Неосторожное нападение было хорошо организовано предателем, знавшим все тайные ходы и слабые места обороны. Род Пронских был полностью уничтожен во время праздника столетия Патриарха, погибли жёны, дети, охранники и верные слуги, все пали перед натиском организованных врагов.

В кромешном аду горящего особняка, в подвалах, полных дыма и падающей штукатурки, Призрак должен был выполнить последний долг перед родом, спрятав документы в потайной нише. Товарищи, пытавшиеся спасти женщин и детей через потайной лаз, были перебиты вне усадьбы, в двух километрах от неё. Несмотря на боль и физические мучения, Призрак остаётся верным слугой, способным сохранять ясность ума даже в огне и дыму, помня каждый коридор, каждый камень, каждую деталь архива.

Действие разворачивается в мире, где магия сосуществует с технологией, где есть артефакты, амулеты и рунические вязи, где дворянские кланы ведут войны друг с другом, а предательство способно сокрушить целый род. История исследует грань между жизнью и смертью, между долгом и инстинктом выживания, поднимая вопросы о цене верности и о том, как найти равновесие между личными желаниями и возложенной ответственностью. "Колояр" рассказывает о человеке, для которого долг важнее собственной жизни, и о спасении, приходящем из самых неожиданных мест, даже когда надежда, казалось бы, уже потеряна.